Не лезь в мою душу. Там темно и скользко
Павлову еще долго предстояло идти, и он массу глубоких мыслей успел бы
отшлифовать до состояния концепций - лишь бы не думать о провале с рыжиками
и предстоящем унижении - но тут ему на умную и пока не обритую голову
нагадили.
Капитально.
Кто другой на месте Павлова, да в его обстоятельствах, выдал бы
полноценную истерику, с поросячьим визгом и пусканием слюней. Но Павлов был
- мужик. И биотехнолог с громадным стажем. Поэтому он секунду-другую
постоял, осознавая произошедшее, затем громко выругался, погрозил небу
кулачищем, повернулся кругом и зашагал обратно.
Ворона - здоровенная, сволочь - ехидно каркая, улетела к
административному корпусу. Где-то у нее там было гнездо.
Поймать бы заразу, да поставить над ней серию опытов! Или просто
раскрасить под попугая - и отпустить. Хотя это уже жестоко...
В отдалении чуть покачнулись кусты, потом еще раз, подальше - словно
вслед за вороной бросился скрытный, но крупноватый для местного ландшафта
зверь. Павлов шевеления растительности не заметил. Ему было не до того.
"Нет худа без добра, лишний раз приму душ, - успокаивал себя завлаб. -
И в виварий загляну, хотел ведь, а зачем, позабыл - может, вспомню...".
Если бы на Павлова нынче не ворона, а какая-нибудь лошадь с крыльями
нагадила, он бы и этому обрадовался. Бессознательно, конечно. Неосознанно.
До того ему не хотелось к директору идти.
Хотя от лошади, да когда она высоко летит, наверное, сотрясение мозга
схлопотать можно.
отшлифовать до состояния концепций - лишь бы не думать о провале с рыжиками
и предстоящем унижении - но тут ему на умную и пока не обритую голову
нагадили.
Капитально.
Кто другой на месте Павлова, да в его обстоятельствах, выдал бы
полноценную истерику, с поросячьим визгом и пусканием слюней. Но Павлов был
- мужик. И биотехнолог с громадным стажем. Поэтому он секунду-другую
постоял, осознавая произошедшее, затем громко выругался, погрозил небу
кулачищем, повернулся кругом и зашагал обратно.
Ворона - здоровенная, сволочь - ехидно каркая, улетела к
административному корпусу. Где-то у нее там было гнездо.
Поймать бы заразу, да поставить над ней серию опытов! Или просто
раскрасить под попугая - и отпустить. Хотя это уже жестоко...
В отдалении чуть покачнулись кусты, потом еще раз, подальше - словно
вслед за вороной бросился скрытный, но крупноватый для местного ландшафта
зверь. Павлов шевеления растительности не заметил. Ему было не до того.
"Нет худа без добра, лишний раз приму душ, - успокаивал себя завлаб. -
И в виварий загляну, хотел ведь, а зачем, позабыл - может, вспомню...".
Если бы на Павлова нынче не ворона, а какая-нибудь лошадь с крыльями
нагадила, он бы и этому обрадовался. Бессознательно, конечно. Неосознанно.
До того ему не хотелось к директору идти.
Хотя от лошади, да когда она высоко летит, наверное, сотрясение мозга
схлопотать можно.
© О.Дивов, "К-10"